Главная Каталог статей Полезные ссылки Поиск по сайту Гостевая книга Добавить статью

Меню

Главная arrow Лекции arrow СОЦИАЛЬНЫЕ ИДЕИ ВЕТХОГО И НОВОГО ЗАВЕТОВ Сомин Н.В 

Лекция 11. Критика некоторых социальных теорий. Рыночный либерализм. Марксизм.
03.02.2010 г.

Рынок с точки зрения его сторонников. Христианский взгляд на частную собственность. Рыночная цена. Рыночная экономика сегодня. Марксизм как псевдорелигия. Атеизм марксизма. Марксизм и материализм. Марсистское объяснение феномена эксплуатации. О трудовой теории стоимости.

 

Задача этой лекции – критически осмыслить две из наиболее известных социальных теорий – рыночный либерализм и марксизм – с точки зрения христианской социологии.

 

Рыночный либерализм.

Рынок с точки зрения его сторонников.

Как утверждают адепты этой теории – это лучшее, что может быть реально предложено для человечества. Рынок решает все проблемы. А именно:

1)Рынок удовлетворяет любой спрос – если возникает необходимость в каком-либо товаре, то цена этого товара подскакивает и в эту сферу устремляются предприниматели, заполняя нишу; и наоборот, если товар не нужен, то спрос на него падает и производители уходят из этой сферы. Таким образом, рынок обеспечивает общество нужными ему товарами.

2)Рынок решает проблему технического прогресса. Стремясь к наибольшей прибыли, конкурирующие между собой производители инвестирую в развитие новаций, в развитие науки, ибо тем самым могут опередить конкурентов и сорвать куш. Аналогично решается проблема качества.

3)Рынок справедлив – более удачливый на рынке одновременно является и наиболее востребованным покупателями, что справедливо. Неудачник же плохо организовал производство, делает ненужные или плохие изделия и потому разоряется, что тоже справедливо.

4) Рынок обеспечивает стабильность общества. «Невидимая рука рынка» (Адам Смит) делает рынок стабильным, а с ним – и все общество. Еще большую устойчивость придает обществу институт частной собственности, на котором базируется рынок.

Однако ясно, что в рыночной экономике и покупатели и производители стараются максимизировать свою прибыль, т.е. действуют из эгоистических соображений.

Да, безусловно, это так, – отвечают адепты рынка, – но польза от этого получается для всех. Ибо увеличивая свое достояние предприниматель попутно улучшает качество товара, увеличивает ассортимент, делает товары более нужные обществу; кроме того, он образует рабочие места, способствуя трудоустройству других. Таким образом, он увеличивает благосостояние всего общества.

Иначе говоря, делается попытка достичь добра через зло, через грех. Такие попытки всегда обречены на неудачу. Рыночная экономика является следствием господства частной собственности. Ибо технический прогресс (и специализация труда) позволяет выпускать большие объемы продукции, которые выгоднее реализовывать через рынок (а не через систему заказов). Но само право частной собственности имеет с точки зрения христианства три кардинальных недостатка.

Христианский взгляд на частную собственность.

1) Она разделяет людей. «Свое» противостоит солидарности и рождает индивидуализм, ибо «там где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». В результате образуется общество эгоистов, общество атомарных душ, связи между которыми не органические, но деловые, направленные на сохранение и увеличение собственности. Через механизм рынка это разобщение оборачивается войной всех против всех и приводит к чрезвычайному расточительству человеческих сил и ресурсов, затрачиваемых на конкуренцию, рекламу, маркетинг и прочие непроизводительные усилия.

2) Она несправедлива. Собственник получает прибыль только за одно обладание собственностью. Разумеется, чтобы это обладание реализовать, он должен  делать какие-то дополнительные усилия по управлению ей. Но это не отменяет того очевидного факта, что источником прибытка собственника (в виде прибыли предприятия, ренты с земли, процента с выданной суммы в банке) является право собственности. Это обстоятельство давно достоверно и всесторонне  выяснено политической экономией XIXвека. И только тотальная промывка мозгов не позволяет этой простой истине стать социологической аксиомой. Капиталистический рынок имеет две «невидимых руки». Одна – о которой писал еще Адам Смит – хорошо известна. Она выставляется напоказ, дабы продемонстрировать мудрость рынка. Эта рука регулирует спрос и предложение, обеспечивая рынку устойчивость. Но есть и другая рука, рука грабителя, который, пользуясь своим богатством отнимает у бедного. Иисус Христос говорит об этом как об общеизвестном факте: «кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет» (Мк.4,25). Об этой руке стараются помалкивать. Правда, все государства делают огромные усилия, чтобы удержать эту руку – издают антимонопольные законы, вводят прогрессивный налог (кстати, у нас в России его нет(!)) и пр., пр. Но ничего не получается, ибо механизмы рынка – сила и обман.

3) Она провоцирует и раздувает грех, причем не какой-то один, а все грехи. Как сказал ап. Павел «корень всех зол есть сребролюбие» (1 Тим.6,10). Вне рынка эта истина затушевана, но именно рынок делает ее явной. Дело в том, что за деньги в рыночной экономике можно купить всё, все удовольствия. Более того, для падшего человека грех притягателен, а следовательно его можно продать за высокую цену. Но там, где больше норма прибыли, туда идут предприниматели. Поэтому современная экономика, вместо того, чтобы производить нравственно полезное, наоборот, производит и продает соблазнительное. Реклама работает вовсю и производит просто опустошение в душах людей. И в самом деле, мы видим необычайное распространение культа чувственных наслаждений, порнографии, косметики, моды. Очень большое значение приобретают различные предметы домашнего обихода, обстановка, кухонная техника, сантехника, автомобили, яхты и пр. пр. Вещь, делающая жизнь приятной, удобной, легкой и одновременно престижной возводится в культ. Богатство выставляется напоказ, ибо именно оно, оказывается, источник счастья. Удобное, материальное, земное начинает полностью заслонять нравственное, духовное, небесное.

Надо сказать, что рынок всем трем недостаткам частной собственности дает зеленую улицу. И их совместное действие производит особое «рыночное» общество. Это общество с искаженной моралью, общество развратное, общество, где люди полностью погружены в дела мамоны. Общество мамоническое – мы уже подобрали термин для него. Это общество препятствует спасению. И основой этого общества является рынок.

Рыночная цена как механизм эксплуатации.

Но зато рынок формирует справедливую цену, именно ту цену, которую общество способно заплатить за данный товар. И только рынок такую цену может сформировать.

Это неверно. Справедливая цена на рынке – блеф. Дело в том, что доказывая справедливость цены, теоретики рынка объясняют ее конкуренцией, которая пронизывает рынок сверху донизу – производители не могут завышать цену, поскольку покупатели уйдут к другому производителю. Равенство агентов рынка  – теоретическая схема, которая не подтверждается практикой. На самом деле агенты рынка не равны. Даже самая абстрактная модель рынка предполагает, что производители не равны по величине (т.е. по капиталу). Более мощное предприятие имеет возможность установить цены, выгодные именно ему. Мелкие предприятия с этим смиряются, иначе, в случае конфликта, крупное предприятие может задавить мелкое (в крайнем случае – его купить). Иначе говоря, монополизм существует на рынке в самых разнообразных формах, зачастую не выразимых в законе. И рыночная сделка вовсе не является справедливой (в трудовом отношении). Она учитывает количество труда, но только отчасти, ибо цена сделки является равнодействующей экономических сил ее участников. При этом (и надо обратить на это внимание) оба контрагента получают в рыночной сделке прибыль. Но отсюда вовсе не следует, что эта прибыль делится поровну. В результате у рынка вырастает еще одна «невидимая рука»: она богатых делает еще богаче, а бедных – еще беднее. 

Иначе говоря, именно цена в рыночной экономике является механизмом, через который осуществляется эксплуатация, закамуфлированная мифом о «свободном (а потому справедливом) рынке». Надо сказать, что эксплуатация и неравенство проявляется и в международных отношениях. Западные страны от торговли со странами «развивающимися» получают выгоду большую, чем их контрагенты.

Религия денег.

Экономика соблазна сейчас дошла до того, что большинство людей сейчас фактически является поклонниками нового культа, новой религии – религии денег. И в самом деле есть верховное божество – это маммона (мамон) – деньги, собственность. Сейчас люди настолько исковеркали свою психологию, что видят в добывании денег главное дело своей жизни и отдаются этому с подлинно религиозным фанатизмом.

Учение маммона -  это монетарная, рыночная экономика. Описаниями этого учения завалены прилавки книжных магазинов. Всевозможным «Экономикс» несть числа. Тут хотелось бы развеять одно распространенное заблуждение – что целью всей рыночной экономики является развитие хозяйства, удовлетворение потребностей людей и проч. Нет, цель совершенно другая – стяжание денег. Раньше, пусть худо-бедно, но государство старалось служить порядку и справедливости,  искусство – красоте, наука – истине, спорт закалял тело, медицина лечила, литература учила добру и нравственности, элита стремилась к величию страны, армия защищала отечество, СМИ освещали жизнь общества, наконец, экономика кормила и одевала нуждающихся. Нынче же все это хоть и существует, но смысл всего перевернулся – все служит лишь средством обогащения. А польза проявляется случайно, лишь как побочный эффект наживы. Если появляется хоть малейшая возможность с выгодой перепродать ничего не производя, то она немедленно используется. Неудивительно, что криминал и коррупция у нас цветут пышным цветом.

Культ – он повсюду. Везде меняют баксы, продают, покупают. А ныне для нас стал привычным культовый термин «шоппинг», когда процесс покупки превращается в мистерию с баром, сауной, кинотеатром и даже скалодромом. Но есть и особые места поклонения, куда имеет доступ не каждый. Это банки и особенно биржи. На биржах – в изменении курсов акций и валют – как бы слышно дыхание самого верховного божества – маммона. Правда божество это ведет себя совсем не по теории - одно политическое заявление может резко уронить курс, перекачивая из кармана в карман миллиарды долларов, хотя очевидно, что производство ничуть не изменилось.

Есть и служители культа. Их легион легионов. Они, как и положено в религии, составляют иерархию. Причем градус посвящения каждого определяется математически точно – цифрой счета в банке.  Грех – убыток, а прибыль – добродетель. Есть свои «святые» - олигархи, которым хотят подражать все.

Организация также налицо. Точнее, все другие организационные структуры захвачены религией денег. Хозяйственные структуры, государство, общественные организации – все подчинено маммону и на него работает. Власть давно захвачена религией денег.

Таким образом, современная экономика отрицает два фундаментальных принципа христианства: аскетизм и любовь. Но поскольку экономические отношения является основой общества, то неизбежно формируется социум очень далекий от христианских заповедей. В этом социуме религии отводится маргинальное место личной веры, не имеющей права влиять на устроение общества. Христианам позволяется давать милостыню, но не решать, каким будет общество – это рыночная экономика оставляет за собой.

Современная рыночная экономика  представляет собой иерархическую систему, во многом напоминающую криминальную структуру. Неравенство между странами дошло до того, что одна из стран (США) печатает мировую валюту (доллар), получая фактически за бумажки реальные товары. В результате она покупает гораздо (в разы) больше, чем продает, в результате чего образуется бюджетный дефицит. Но самое интересное, что США имеют огромный государственный долг. И это при постоянно работающем печатном станке! Он специально делается для того, чтобы «стерилизовать» напечатанные доллары (иначе они будут инфлировать).

Современный «кризис» – это попытка ликвидировать лишние доллары, дабы снова начать их печатание.

 

Марксизм

Марксизм – идеология, оказавшая огромное влияние на жизнь человечества. Одни слепо следуют ей, другие начисто ее не принимают. Что же это такое?

 

Карл Маркс (1818-1883)

Родился в г. Трир, Германия, крещен в 6 лет. Отец Генрих (Гершель) Маркс адвокат, еврей, принявший протестантство. Дед Маркса Леви – раввин (как и дядя Маркса – Самуил). Мать Генриетта Прессбург – еврейка из Голландии, в роду которой тоже были раввины.

1843 г. женитьба на Жени фон Вестфален. Семь детей, трое достигли взрослости: Жени, Лаура (Лафарг) и Элеонора (Эвелинг) (последние две покончили жизнь самоубийством).

1848г. «Манифест коммунистической партии»

1849 г. переезд в Лондон.

1867 г. Капитал 1-ый том.

Был чрезвычайно авторитарен, категоричен и нетерпим к чужому мнению. Все его сочинения (кроме «Капитала») носят полемический характер.

Марксизм как псевдорелигия.

Прежде всего надо указать на интегральный характер марксизма. Это – интегральное знание, совмещающее в себе нравственную оценку, науку и религию.

Сами марксисты утверждают, что их идеология «научна». На самом деле это совершенно не так. Марксизм, помимо научной компоненты, включает в себя мощный блок нравственных оценок и идеологических положений, не вытекающих из научного социологического анализа. И именно в этом – сила марксизма, ибо он стал интегральным знанием, включающим знания «как есть» и «как должно быть». Однако в XIX  веке в обществе господствовал культ науки. Научные выводы неопровержимы, и потому любую теорию ее создатели старались представить как чисто научную (хотя настоящая наука не имеет права делать моральных оценок).

Более того, в марксизме есть религиозная составляющая, воздействующая на духовную компоненту человека. Там есть «священное писание» (труды основоположников), «пророки» (лидеры марксизма), «церковь» (партия), «богослужения» (партийные собрания), «крестные ходы» (демонстрации), «еретики» (меньшевики, троцкисты, отзовисты и проч.), «исповедь» (самокритика) и даже «мощи».. В СССР Фактически была создана некая «религия», причем КПСС выполняла социальные функции Церкви, причем с большим размахом и эффективностью. Разумеется, это была псевдорелиия, которая не приводила к Богу, не давала спасения в вечности, хотя и обеспечивала определенное единство общества и его направленность к «общей цели» – коммунизму. Но эта «религия» формировала веру в абсолютную правильность доктрины. С одной стороны, это давало марксизму целую армию убежденных адептов, готовых идти за доктрину на смерть – «марксизм» имеет массу «мучеников», пострадавших за свои убеждения. Но с другой стороны, как и во всякой религии, быстро происходил процесс догматизации учения, выкристаллизовывался некий «канон», отступление от которого влекло жесткие санкции. В результате марксизм перестал развиваться и превратился в набор  мертвых догм, оторванных от реальности. Это привело в СССР к массовому отпадению от марксистской «религии», и в конечном счете – к гибели советского социализма.

Марксизм следует рассматривать как социологическую теорию своего времени, хотя и содержащую в своем составе ряд верных моментов, но основанную на принципиально неверных положениях.

Атеизм марксизма.

Марксизм отрицает Бога, Его существование и потому рассматривает религию, церковь как «опиум для народа». Конечно, атеизм как основа миросозерцания для христианина совершенно неприемлем. Однако в марксизме присутствие атеизма имеет как субъективную так и объективную причину.

С одной стороны, это личный выбор основателей марксизма К. Маркса и Ф. Энгельса. Атеизм зафиксирован как непременная идеология рабочего класса в «Коммунистическом манифесте». Маркс писал в юности богоборческие и прямо-таки демонические стихи.

Однако с другой стороны, западная церковь прочно отрицала социализм даже в христианской оболочке. Поэтому проповедь социализма была возможна лишь при условии полного размежевания с Церковью, борьбы с ней, что неизбежно вело к атеистической идеологии.

Марксизм и материализм.

Марксизм строит свое миросозерцание на тотальном материализме: человек является «совокупностью общественных отношений»; сами же «общественные отношения» определяются развитием «производительных сил», т.е. чисто материальным аспектом жизни человечества. Причиной же развития «производительных сил» являются материальные потребности человека в пище одежде, жилище и проч.

Такой взгляд, как концептуальная основа, с точки зрения христианской социологии неприемлем. И к тому же он крайне уязвим. Ибо уже «производительные силы»  – именно произведение духа, человеческой воли, таланта, которые наши свое воплощение в материальных объектах. Что же касается сугубо материальных потребностей человека, то сказано «не хлебом единым жив человек, но словом Божьим». Подлинное христианство есть гармоническое единство духовных и материальных сторон человеческой природы, где духовное управляет материальным.

Однако в таком материалистическом взгляде есть доля истины. Дело в том, что для человека в падшем состоянии его материальная составляющая начинает, увы, верховодить над духовной и определять его поведение. Марксизм зорко замечает этот факт, но, будучи теорией полностью материалистичной, придает ему абсолютное значение. Да, марксизм правильно замечает, что «так есть» (хотя далеко не во всех случаях), но так не должно быть.

Укажем теперь на некоторые ошибки марксизма в его экономической теории.

Марксистское объяснение феномена эксплуатации.

Одним из главных выводов Маркса из анализа капиталистического общества является наличие эксплуатации. Собственно, весь «Капитал» представляет собой одно подробное объяснение механизма капиталистической эксплуатации.

Маркс считал, что нанимаясь на работу, рабочий продает не свой труд, а т.н. «рабочую силу», т.е. способность к труду, те навыки, умения, волю и физические силы, которые капиталист использует для изготовления товара  Поскольку, как он думал, сделки в  рамках капиталистического рынка всегда справедливы (а как же может быть иначе – ведь и рабочий и капиталист свободны!), то рабочий получает за проданную рабочую силу сполна. Маркс от имени рабочего говорит капиталисту: «Товар, который я тебе продал, отличается от остальной товарной черни тем, что его потребление создает стоимость, и притом большую стоимость, чем сколько он стоит сам» /1:238/.Причем, под товаром, который продает рабочий, Маркс подразумевает рабочую силу.  Но в том-то и дело, что капиталист, нещадно эту рабочую силу используя («потребляя»), получает товар, который продает по большей цене. Разницу,  в силу права частной собственности на этот товар, капиталист кладет в свой карман. Эта разница, называемая Марксом прибавочной стоимостью, и является мерой эксплуатации.

Эта теория Маркса множество раз подвергалась критике. И надо сказать – совершенно справедливо. Ибо тезис о том, что рабочий продает свою «рабочую силу», крайне уязвим. Все же не свою способность к труду продает рабочий, а именно сам труд, его определенное количество с заранее оговоренным результатом – об этом говорит весь колоссальный общечеловеческий опыт найма на работу. Но отсюда критики Маркса очень часто делали вывод, что раз рабочий продает свой труд, то и капиталист оплачивает его сполна и потому никакой эксплуатации при капитализме не существует, т.е. с водой выплескивали ребенка.

Но из того, что Маркс неверно объяснял механизм эксплуатации, вовсе не следует, что эксплуатации нет вовсе. Подлинная суть механизма капиталистической эксплуатации в другом – в неэквивалентности сделок, в частности – при найме на работу.  Пользуясь своей монополией (правом собственности) на средства производства, без которых современный рабочий бессилен что-либо сделать, работодатель искажает к своей выгоде сделку найма рабочей силы. Фактически капиталист действует наподобие спекулянта: он по более дешевой цене покупает у рабочего результат его труда и перепродает его уже по более дорогой цене покупателю.

О трудовой теории стоимости.

Само понятие «стоимость» весьма проблемно. Экономисты говорят о стоимости как некой «субстанции», которой оценивается любой экономический феномен. Но какова природа стоимости? Что это – полезность товара, затраченная на его производство энергия или что-либо другое?

Маркс был сторонником трудовой теории стоимости. Она считает, что стоимость любого товара определяется трудом, затраченным на его изготовление, и только им. Такого взгляда придерживались А. Смит, Д. Рикардо, К. Родбертус и многие другие экономисты. Их доводы, казалось бы безупречны:  в процессе изготовления товара  используется сырье (которое бесплатно берется у природы) и человеческий труд. Поэтому труд объективно и является единственной компонентой стоимости.

Критики Маркса эту теорию яростно критиковали, и опять-таки справедливо. Дело в том, что она не соответствует реальности: цена (являющаяся рыночной оценкой стоимости) зависит не только от затрат производителя, но и от полезности изготовленного товара (вещь с пониженным спросом приходится продавать по более низкой цене).

Однако эти (совершенно верные) соображения не дают основания полностью забыть о трудовой теории. Дело в том, что современное ценообразование действительно выражает компромисс между экономическими силами участников купли-продажи, завися от всей скрытой несправедливости такой системы. Иначе говоря, «так есть», но «так не должно быть». Справедливая стоимость (а вместе с ней и цена) должна определяться по трудовой теории. Таким образом, Маркс тут сделал ошибку, очень характерную для марксизма вообще: он абсолютизировал то, что принадлежит сфере нравственности.

Отметим, что именно социализм, стремясь к справедливой оценке труда, вводил  трудовую теорию (в СССР во многом она была реализована). Однако справедливость – лишь низший уровень любви. Более высокая степень любви требует распределения не по труду, а по  нужде: больше должен получать самый нуждающийся. Так должно быть в христократическом обществе.

 

Литература

 

1. Маркс К. Капитал. Т. I. М.: Изд-во политической литературы. 1952.

 

 
« Пред.   След. »